... Это зимское щеня, хи, хи". Испытав не раз неисчерпаемую мудрость
Каленика, я перевернул зверя самым быстрым движением ноги, но сделал это
весьма осторожно, причем зимское щеня показало две пары острых и весьма
плотных клыков. "Хи, хи! Уж не рано! Ваше благородие, будет гроза, и мы, хи,
хи, не доедем". Эти слова остудили мой естествоиспытательский пыл, и через
минуту мы уже полной рысью катились по ровной дороге, какие бывают у нас
только в южных губерниях, да и то летом, когда жадная земля тотчас впитывает
в себя проливной дождь и теплый ветер снова сушит ее поверхность. Когда
Каленик с обычным смехом пророчил грозу, небо было совершенно чисто, заря
погорала цветом добела, а не докрасна раскаленного железа, а между тем,
услыхав "хи, хи - будет гроза" - и "хи, хи, не доедем", я убедился, что это
так асе верно, как то, что нам до места оставалось верст пятнадцать. Отчего
же такая доверенность к изречениям Каленика? - спросите вы. Очень просто:
слова его постоянно оправдывались на деле, как это случилось на днях во
французской "Иллюстрации" насчет незнакомого мне зверка. У француза он
назван Ziemsky, а Каленик назвал его "зимское щеня", и я более верю
Каленику. Усевшись в нетычанку, я пытался расспросить его: а почему ты
знаешь, что это зимское щеня? "Хи, хи, как же не знать: оно зимское щеня". -
"Кто же тебе это сказал?" Каленик не отвечал ничего, и на повторенный вопрос
я услышал обычное "хи, хи, не могу знать". "Ну, а почему же ты знаешь, что
будет гроза?" - "Как же хи, хи, сейчас будет". - "Да почему же ты это
думаешь?" - "Как же, хи, хи, сейчас будет, хи, хи, вот-то нас проберет, хи,
хи". Вполне убежденный, что виденный мною зверь зимское щеня и что сейчас
будет гроза, я замолчал. Точно, не прошло пяти минут, как с юга понесло
холодным ветром и на горизонте начали показываться тучи... Да что! это
мильонная доля того, что знал Каленик. Жаль, что на все расспросы
относительно источника его сведений он, как истый мудрец, отвечал "не могу
знать", а то, быть может, он открыл бы нам такие истины, до которых люди не
дойдут и через 500 лет, а может быть, и никогда...
|
