... И вот рядом с вагонетками, груженными землей, по широкой колее,
которая, вероятно, была главной, стала подниматься вагонетка, груженная
шпалами. Эту вагонетку толкали двое молодых парней. Увидев их, Рехэй
решил, что у них добродушные лица.
"Эти-то меня не выругают", - подумал он и подбежал к вагонетке.
- Дяденьки! Давайте я помогу потолкать.
Один из них - тот, что был в полосатой рубашке, - не подымая склоненной
головы и не отрывая рук от вагонетки, ответил, как мальчик и ожидал,
ласково:
- Ну что ж, помоги.
Рехэй встал между парнями и принялся толкать изо всей силы.
- А ты, видать, здорово силен! - похвалил Рехэя другой парень, у
которого за ухом была заткнута папироса.
Между тем уклон колеи становился все более отлогим. В глубине души
Рехэй стал опасаться, как бы ему не сказали: "Можешь больше не толкать".
Но молодые рабочие продолжали молча, только немного выпрямившись, толкать
вагонетку. Не в силах больше терпеть, Рехэй робко спросил:
- Мне можно толкать, сколько захочу?
- Можно, - ответили оба одновременно.
Рехэй подумал: "Добрые люди".
Через пять-шесть те колея опять пошла круто вверх. Там по обе стороны в
мандариновых садах золотились под солнцем бесчисленные плоды.
"Дорога вверх лучше, ведь дают толкать, сколько хочешь", - думал Рехэй,
изо всех сил толкая вагонетку.
Когда подъем среди мандариновых садов закончился, колея вдруг пошла под
уклон. Парень в полосатой рубашке сказал Рехэю:
- Ну, садись!
Рехэй мигом взобрался на вагонетку. Как только все трое на нее сели,
вагонетка плавно заскользила по рельсам среди аромата мандариновых садов.
"Катиться куда лучше, чем толкать!" - продолжал размышлять Рехэй; его
хаори раздувалось от ветра. "Если туда долго толкаешь, то и обратно долго
катишься".
Докатившись до бамбуковой рощи, вагонетка потихоньку замедлила ход и
остановилась. Все трое вновь принялись толкать тяжелую вагонетку.
Бамбуковая роща сменилась смешанным лесом. На подъеме попадались такие
места, где под грудами опавших листьев почти не видно было ржавых рельсов...
|
